«Мы помним – мы живы»: срез воспоминаний очевидцев аварии на ЧАЭС
«Мы помним – мы живы»: срез воспоминаний очевидцев аварии на ЧАЭС

Чернобыльская атомная электростанция – первая атомная электростанция в Украине, построенная на разломе гранитного щита, в междуречье крупных украинских рек Днепра, Припяти, Десны, на слабых грунтах Полесья, на розе ветров, направленной на Киев. 

Чернобыль – город в Украине, который с апреля 1986 года стал синонимом таких слов, как авария, катастрофа. Трагедия, случившаяся на ЧАЭС в ночь с 26 апреля 1986 года, стала известной на весь мир, привлекая к себе внимание негативными последствиями, в первую очередь, для экологии планеты.

Украинский Чернобыль и сегодня, спустя 33 года, является олицетворением скорби. Он ассоциируется с рядом проблем, обострение которых произошло в различных сферах жизни: экологической, медицинской, социальной, культурной, экономической, политической. Чернобыльская катастрофа прямо или косвенно повлияла на судьбы многих людей не только в Украине, но и за ее пределами, и более того – изменила традиционный уклад жизнедеятельности населения на всем постсоветском пространстве.

 Проблема исследования аварии на Чернобыльской АЭС и ее разноплановых последствий занимает весомую нишу в историографических исследованиях. Со времени аварии по сегодняшний день проанализированы и представлены на суд общественности ряд различных проблем.

С разной степенью информативности ход событий 26 апреля 1986, и их развитие в последующие дни и года после этой страшной даты уже неоднократно описаны в литературе, последствия структурированы в фундаментальных научных исследованиях, многочисленные фотохроники событий и видео материалы представлены широкой аудитории в документальном и художественном формате.

Воспоминания – социальный срез

 Довольно серьёзную нишу занимают индивидуальные источники личного происхождения. Одни из них опубликованы, другие – хранятся в архивах, третьи – существуют в форме устных воспоминаний и переводов, которые в перспективе могут быть записаны.

Ценность данных источников в том, что они дают возможность ответить на ряд вопросов актуальных для исследования социальной истории. А именно: выявить круг проблем, с которыми столкнулись люди в повседневной жизни сразу после катастрофы, проанализировать значимость последствий аварии при реализации дальнейших жизненных стратегий.

Наличие многочисленной информации по данной теме не исключает необходимости снова и снова привлекать внимание общества к проблематике последствий аварии, которая, как показывает трагический опыт, имела влияние на все сферы деятельности общества.

Актуализация знаний о последствиях экологических катастроф, как планетарных, так и локальных, обусловлена необходимостью формирования ответственности каждого за экологическую безопасность нашей планеты. Важной составляющей экологического воспитания является обращение к устной памяти, как коллективной, так и индивидуальной.

Практически каждая семья в Украине может поделиться своим опытом переживания событий первых недель и месяцев после Чернобыльской аварии. Этот опыт был разноплановым, в зависимости от места локации отдельного человека или конкретной семьи накануне аварии, от участия в преодолении ее последствий в соответствии с профессиональной принадлежностью. 

Осознание всех граней трагедии Чернобыля возможно при условии учета воспоминаний представителей широкого круга населения, ведь у людей был разный опыт в переживании трагедии.

Есть, что вспомнить

 Все воспоминания условно можно сгруппировать по определенным признакам. Первую группу, безусловно, составляют воспоминания ликвидаторов.

Поскольку случившееся 26 апреля 1986 в Чернобыле – это, прежде всего, опасная для жизни техногенная авария с большим спектром вредного воздействия, преодоления ее последствий потребовало от стоявших на передовой усилий, часто не совместимых с ведением в будущем здорового образа жизни.

Именно ликвидаторы получили самую мощную дозу радиации, которая привела – некоторых к смерти, оставшихся в живых – к ухудшению состояния их здоровья. Во вторую группу логично отнесены воспоминания населения, которое проживало на загрязненной территории.

Местные жители пережили эвакуацию из зоны экологической катастрофы и, под влиянием чрезвычайных обстоятельств, вынуждены были полностью изменить свой традиционный образ жизни.

К третьей группе отнесены воспоминания людей разных профессий, которые работали на различных работах при ликвидации последствий аварии и эвакуации населения из загрязненной зоны. И, наконец, четвертая группа – это воспоминания той части населения Украины, которая, хоть и не принимала прямого участия в ликвидации и эвакуации, но также испытала влияние негативных последствий аварии.

Воспоминания о Чернобыле за тридцать с лишним лет после аварии частично получили свое оформление в печатном виде: как на страницах бумажных изданий, так и в электронном формате. Отметим, что большинство из них принадлежат людям, которые были не только свидетелями ликвидации аварии и эвакуации людей из опасной зоны, но и принимали в этих процессах непосредственное участие. 

Большинство воспоминаний структурно похожи. На первом плане, как правило, содержится информация об ознакомлении непосредственно с аварией. Потом человек вспоминает ситуацию, в которой находился, когда услышал о трагедии, воспоминает о своих эмоциональных переживаниях.

И это неудивительно, ведь катастрофа на ЧАЭС кардинально изменила жизнь миллионов людей, и не в лучшую сторону. Через 7 лет после аварии бывшие чернобыльцы еще не могли отойти от горя, и свое восприятие ситуации оценивали следующим образом: «Здоровье ухудшилось. Жизненные условия неудовлетворительные. Настроение к жизни исчезло».

Содержание воспоминаний людей, переживших страшные события апреля 1986 года, зависит от места работы, от активного или пассивного участия в многочисленных мероприятиях, которые не только в первые дни после аварии, но и в последующие месяца были направлены на стабилизацию ситуации.

Поэтому не мудрено, что воспоминания пожарных, работников милиции, инженеров-атомщиков и военных отличаются от воспоминаний сельскохозяйственных работников, служащих государственных органов, водителей, поваров и т.д. Этому есть прямые свидетельства: 

«…Такие учебные тревоги у нас часто проходили, поэтому я сразу НЕ поверила, что произошла настоящая катастрофа. Дежурному говорю, что я занята, у начальника отпросилась, сегодня на тревогу не пойду, мол, обойдетесь без меня. Когда мне сказали, что тревога не учебная, а настоящая, едва поверив этой страшной вести, быстро собралась и побежала в отдел. В тот день, в субботу, творилось что-то непонятное. Точной информации ни у кого не было. О радиации тогда еще никто не говорил» – вспоминает начальник инспекции по делам несовершеннолетних, майор милиции Мария Бузарова.

Весть об аварии люди в первое мгновение встречали с недоверием. О её реальной угрозе в первую очередь пришлось убедиться или непосредственным участникам ликвидации, или специалистам, понимавшим ее последствия в силу своих профессиональных обязанностей. Именно благодаря их воспоминаниям раскрываются различные фрагменты аварии, приводятся сведения о приложенных усилиях в процессе возникшей чрезвычайной ситуации.

 Со стороны гражданского населения, которое не было связано со станцией профессиональными обязанностями, в воспоминаниях преобладают описания повседневной жизни в городе Припять в первые часы и дни аварии. Воспоминания в основном связаны с отсутствием своевременного информирования населения со стороны власти о вредном и негативном влиянии радиационного излучения. Часто встречается информация об одновременном перенасыщении города количеством военных и усиленных мерах безопасности со стороны милиции. 

 «…Утром 26 апреля я, как всегда, шла на работу. По дороге проходила мимо райотдела милиции, где и услышала впервые, что на атомной станции что-то произошло. Но реальной угрозы тогда еще никто не знал. Почти сразу в городе полностью отключили радио и телефонную связь. Никакой информации к нам не доходило. Через день начали эвакуировать детей. Мы своих сыновей также вывезли », вспоминает Нина Соловьянова, повар.

 «Уже утром 26 апреля в Чернобыле было очень много военных, милиции, много военного транспорта. Вертолеты кружили над городом без конца», – говорит в своих воспоминаниях Мария Бондарь, заведующая Чернобыльским райгосархивом.

 «На меня накричал сын из-за того, что я приехала у нему в больницу без головного убора. Он сам получил смертельную дозу радиации. Но когда мы ехали, то в г. Припяти видели, как дети играли в песочницах, как люди праздновали свадьбу – это было 26 апреля», – вспоминает Наталья Ивановна Правик, мать Владимира Правика, ликвидатора, который пострадал одним из первых.

 Отсутствие со стороны властей надлежащего информирования населения о масштабах трагедии – является одним из ключевых тезисов в воспоминаниях людей. В зоне риска оказались не только жители территорий, которые больше всего пострадали от радиационного загрязнения, но и население из других регионов. Это подтверждено рядом воспоминаний:

«..Сразу же перед нами, милиционерами, была поставлена ​​задача – не пропускать посторонних людей к станции». Так, в обычной форме, без всякой защиты от радиации, которая превышала допустимые нормы в сотни тысяч раз, стояли работники правоохранительных органов неподалеку от горящего атомного блока».

 «…Перед строем выступил Министр внутренних дел Украинской ССР Гладуш И.Д., который поставил перед нами задачи по охране общественного порядка во время эвакуации жителей Припяти. О реальной опасности для нашего здоровья мы не знали, и нас никто не предупредил »

«…Дежурный автотранспортного предприятия сообщил о срочном сборе водителей. Директор сказал нам, водителям, что на Чернобыльской атомной станции произошла авария и нужны добровольцы для помощи в ликвидации. Никто еще тогда до конца не понимал, что случилось и куда едем, но мы согласились. Ведь понимали, что там сейчас такие же, как мы, простые люди, и им нужна помощь». 

Отсутствие государственной Программы преодоления аварий такого рода при помощи спецтехники и различных инновационных средств, недостаток информации о риске от длительного пребывания в зоне радиационного загрязнения, отсутствие знаний о правильном поведении в подобных чрезвычайных условиях, недостаток вспомогательных защитных средств – все это в комплексе стало для многих ликвидаторов – причиной ухудшения здоровья, а для некоторых – причиной ранней смерти.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *